ЦСКА, «МОСКВА» И ГОЛ ГРЕКАМ
Три сезона в своей карьере Дмитрий Кириченко провел в одном из грандов российского футбола — московском ЦСКА. Но все сложилось не совсем так, как хотелось бы футболисту, — на поле в стартовом составе Дмитрия выпускали не всегда. Зато он смог завоевать с командой награду, которую считает самой важной в своей карьере на данный момент — чемпионство в 2003 году. После ЦСКА бывший нападающий сборной России ушел в «Москву», где смог показать, на что он способен.
— Дмитрий, свое выступление за ЦСКА вы начали довольно ярко: сделали хет-трик в первом же матче, стали лучшим бомбардиром чемпионата. Почему тогда большую часть следующего сезона вы провели на скамейке запасных?
— Не могу сказать, что меня посадили на скамейку. Все-таки в ЦСКА первый год я только половину матчей сыграл в стартовом составе. Хотя, если брать игры и выходы на замену, то участвовал почти во всех. Нужно представлять уровень конкуренции, который был в то время в ЦСКА в нападении. Кроме меня был Денис Попов, которому Газзаев доверял достаточно времени. Сергей Семак мог играть и в атаке. А еще такие нападающие, как Вагнер Лав и Олич…
Да, можно было сидеть и ждать, но это не по мне. Считаю, что футболист в любом случае должен играть. Я поговорил с Газзаевым, и он посоветовал мне уйти. Ведь Вагнер Лав и Олич — нападающие очень высокого класса плюс куплены за приличные деньги. В такой ситуации я не собирался ждать своего часа (усмехается).
— А не было обиды на Газзаева?
— Да нет, у нас с Газзаевым всегда были хорошие отношения. А играть или не играть — уже другой вопрос. Считаю, каждый тренер вправе решать, кого ставить и кому играть. А в остальном у меня проблем не было. После ухода из ЦСКА мы встречались с Газаевым и достаточно тепло общались.
— Что чувствовали, когда уходили в «Москву»? Была радость, что вот сейчас вы наконец заиграете в полную силу, или все равно было немного обидно?
— Нет, обидно точно не было. Я считал, что в ЦСКА уже вряд ли что-то получится, видел себя уже в другой команде. Тогда я рассматривал несколько вариантов. Но была какая-то тревога — все-таки ЦСКА на тот момент был топ-клубом России, организаторское дело там поставлено на самом высоком уровне. Естественно, после перехода в «Москву» первое время нужно было привыкать. Больше не к футбольным делам, а к организации.
— Не казалось, что делаете шаг назад — из титулованного клуба в только начинающую становиться на ноги «Москву»?
— Шагом назад тот переход не считаю. Я хотел играть. И в «Москве» играл почти постоянно. В стартовом составе. На тот момент это было самым главным для меня. Основной посыл того времени.
— Где вам удалось быстрее адаптироваться — в «Москве» или ЦСКА?
— Наверное, в «Москве». В ЦСКА было сложнее в том плане, что к армейцам я переехал из Ростова-на-Дону. Все-таки столица отличается от других городов России жизнью, бытом — всем. Но больших проблем не было никогда, честно сказать.
— В списке ваших трофеев значится Кубок УЕФА. Но на тот момент вы уже проявляли себя в матчах другой команды.
— Да, из ЦСКА я тогда уже ушел. Формально числюсь обладателем Кубка УЕФА, но не считаю себя таковым. Я не играл в том розыгрыше, хотя был в заявке.
— Но хоть какая-нибудь памятная медаль досталась?
— Только звание мастера спорта (улыбается).
— А как вы отреагировали на новость о том, что «Москва» больше не клуб Премьер-лиги?
— Наверное, это должно было случиться. Несмотря на все усилия руководства, в частности Юрия Белоуса, который был одним из создателей «Москвы», команда не обладала прочным тылом в виде большого количества болельщиков, поддержки государства или властей. Поэтому когда-то это должно было произойти. И, наверное, произошло не в самый лучший момент — состав хороший, тренер отличный. Ребятам было обидно: проделали много работы, что-то завоевали. Но, к сожалению, жизнь есть жизнь.
— Что вы чувствуете, когда выходите на поле против своих бывших клубов?
— Я не вижу большой разницы. Хотя, когда встречаешься с ребятами, с которыми играл, возникает другое ощущение. А так… ничего.
— Голы, которые вы им забиваете, тоже ничем не отличаются по эмоциям?
— У меня нет обид на какую-то из команд, где я выступал. Ведь я везде был достаточно успешным игроком и уходил из команды в тот момент, когда переход уже созревал в моей голове.
— У вас есть любимый гол, который вы считаете самым красивым?
— В этом году забил два красивых. Еще можно вспомнить гол на чемпионате Европы в матче с Грецией то ли на первой, то ли на второй минуте. Да каждый гол приносит радость! Хотя в финалах чемпионата мира или Лиги чемпионов я не забивал. Может там другие ощущения? (смеется).
— Вот вы вспомнили про гол в ворота сборной Греции, а что вам сказал после матча Георгий Ярцев? Ведь вам принадлежит самый ранний гол за всю историю турнира.
— Чтобы что-то особенное, я не помню. Естественно, мы вылетели из группы, несмотря на то что выиграли у греков. Просто поздравил и похвалил. Больше ничего особенного не было. А на турнире дали какой-то пивной кубок Carlsberg. Он у меня дома стоит.
— В «Сатурне» вы сейчас имеете постоянное место в основе, регулярно забиваете. Как думаете, есть у вас шанс быть замеченным тренерским штабом сборной России?
— Судя по неприглашению Семака в сборную, Адвокаат пытается строить новую команду. Хотя, на мой взгляд, рано говорить о каком-то строительстве к чемпионату 2012, 2014 или 2018 года. Хотя бы потому, что туда еще нужно попасть. А Семак — бывший капитан сборной России. Хотя я не знаю, бывший или нет. Бывают бывшими капитаны? Но то, что он сейчас самый сильный опорный полузащитник России, это факт. Так что по поводу себя я ничего не могу сказать, но не вызвать Семака — достаточно странно.
